Выраженная картина психотических проявлений после короткого продрома обнаруживается внезапно, в виде завершенной галлюцинаторно-бредовой структуры. С большой степенью убежденности больные заявляют, что они стали объектом преследования шайки, банды. Цель преследователей — уничтожить, опозорить, провоцировать на преступления. Круг преследователей быстро растет, появляются новые действующие лица, вступающие в заговор. Окружающие ведут себя подозрительно, но больной с ходу разгадал их скрытые замыслы: кто-то улыбнулся, в высказывании прозвучал намек, жест показался необычным — это демонстрирует расправу над больным. Жена тщательно мыла тарелку, значит суп был отравленным, а ее утренняя прическа — свидетельство предстоящей встречи с любовником. Везде и во всем больной видит подтверждение козней окружающих против него. Страх, тревога, чувство, что он остался один среди людей, его преследующих, вызывают отчаяние. Больной рисует картину расправы над ним, видит блестящие ножи, наручники, приспособления для удавления, отсечения головы и др. Сложный калейдоскоп событий, доказательств готовящейся мучительной смерти нередко приводит к суицидальным попыткам. В поисках выхода больные часто обращаются в органы милиции, прокуратуру, прося защиты, предлагают свои услуги как основного свидетеля совершаемого преступления. Большинство больных пытается скрыться от преследователей. Пользуясь темнотой, они забираются в укромные места, где в страхе ждут расправы. Усиливающиеся делириозные и вербальные галлюцинации дают им основание считать, что их вновь обнаружили, и они убегают дальше. Часть больных прибегает к самообороне, строит баррикады у двери, закрывает окна, прячется в ванной, порой совершает агрессивные действия в отношении своих мнимых преследователей.
Posts Tagged ‘высказывание’
Хронический алкогольный галлюциноз с бредом отличается от вышеописанного прежде всего тем, что отношение больных к галлюционаторным переживаниям диаметрально противоположное. Больные убеждены, что имеющиеся у них слуховые обманы связаны с воздействием, влиянием на них окружающих: это гипноз, колдовство, использование машин, механизмов, лучей лазера. Они соглашаются, что непосредственно галлюцинаторные переживания обусловлены болезнью, но лишь в том плане, что внешние факторы создают порчу их здоровья, плохо настроенные к ним люди пытаются с ними расправиться необычным способом. Причины такой мести некоторые больные склонны видеть в своих прошлых ошибках, в том числе в злоупотреблении спиртными напитками. Попытки разубеждения сталкиваются с недоверием больных, а если и удается добиться понимания больными причины их состояния, то, как правило, на непродолжительное время. Как только у больных усиливаются галлюцинаторные переживания, вновь появляется бредовая настроенность или собственная интерпретация болезненных прояв-. лений. Во всяком случае бредовая фабула независимо от степени систематизации бредовых высказываний и переживаний остается вторичной и по отношению к галлюцинозу. Содержание бредовых переживаний черпается непосредственно из обманов восприятия. Первичные бредовые построения, как правило, не характерны для хронического алкогольного галлюциноза. Даже на начальных этапах его формирования возникающие бредовые эпизоды носят вторичный характер, они непосредственно вытекают из слуховых или зрительных обманов.
Такие противоречия, на наш взгляд, объясняются прежде всего тем, что не всегда в понятии «алкоголизм» в равной мере разграничиваются его социальные и узкомедицинские аспекты.
Алкоголизм — понятие собирательное, включающее в себя два основных критерия: социальный и медицинский. Социальным критерием алкоголизма является тот духовный, материальный и биологический вред, который приносит неумеренное употребление спиртных напитков как самим пьяницам, так и всему обществу. Медицинский критерий — это психические и висцеральные, эндокринные, нейрогуморальные и иные патологические изменения в организме, которые непосредственно связаны с хронической алкогольной интоксикацией или наступают в ее результате.
Социальный критерий алкоголизма шире медицинского, он включает в себя и пьянство как общественное зло, и алкоголизм как заболевание. Эти понятия взаимосвязаны, но не идентичны.
Одним из первых на диалектическую связь пьянства и алкоголизма указал С. С. Корсаков. Четко разграничивая пьянство как наклонность к злоупотреблению спиртными напитками и хронический алкоголизм как заболевание, он в то же время отмечал, что «в результате случайного пьянства наконец развивается картина постоянного пьянства со всеми последствиями в форме хронического алкоголизма». Из этого высказывания видно, что С. С. Корсаков еще в начале XX в. был близок к пониманию алкоголизма как динамического прогредиентного процесса.